ФЭНДОМ



«Произнесите слова Лоргара и вы будете жить вечно во славу Хаоса. Не произносите их - и каждый из вас умрёт сегодня.»
– Ультиматум, написанный на воротах столицы планеты Моэг IV перед нападением Несущих Слово.
Word Bearers Marine 1

Космодесантник Несущих Слово

Несущие Слово, изначально известные как Имперские Глашатаи, были семнадцатым легионом из двадцати первоначальных легионов Космического десанта, созданных Императором на заре Империума. Были в числе первых легионов, перешедших на сторону Хаоса во время Ереси Хоруса.

Несмотря на то, что все легионы космических десантников Хаоса яро ненавидят Императора Человечества, немногие из них могут сравниться в глубине ненависти с Несущими Слово. Вооружённые ревностной верой в Хаос, Несущие Слово вели нечестивую войну против человечества ещё до того, как началась Ересь Хоруса.

Замеченные предпочтения в стратегии: массированный штурм, правоохранительные акции, гностическое очищение, подавление идеологических мятежей.

Wordbearerslogo

Символ Несущих Слово

ИсторияПравить

Если в предательстве существует своя иерархия, то Несущие Слово пребывают на высшем из её кругов. Мало того, что эти некогда самые верные и преданные воители пали сами, но они ещё и увлекли за собой в бездну братские легионы. Измена прочих случилась, словно буря или расцветание давно зарытого семени, но предательство Несущих Слово было ядом, который накапливался долгие годы. С момента основания их преданность Империуму и Великому крестовому походу не подвергалась сомнению. Они были носителями идеалов Империума, его замысла касательно будущего человечества. Под вопрос ни разу не ставилась их верность, только формы служения. Однако теперь в их верности можно видеть лишь маску, а в фанатизме - изъян, которому суждено было подорвать всё, что они стремились создать.

WBSymbolPreHeresy

Символ легиона до Ереси

Вестники Истины Править

Ещё до того, как завоевания Императора распространились в небеса, уже было ясно, что он ведет не просто войну ради покорения, а войну идеалов. Объединительные Войны, а затем и Великий крестовый поход имели своей целью собрать разрозненных и разделённых детей человечества под единое просвещённое управление. Император сокрушал силы и твердыни тех, кто ему противостоял, однако всегда был готов принять присягу и службу побеждённых. Чтобы империя человечества стала подлинной, она должна была принимать даже тех, кто поначалу сопротивлялся её притязаниям. Как заметил один из полководцев Объединительных Войн: «Если мы будем убивать каждого, кто нам противостоит, то получим власть над царством из пепла». Впрочем, с некоторыми не могло быть примирения: у единства есть свои пределы.

Word Bearers Marine

Космодесантник Несущих Слово (до Ереси Хоруса)

Человечество могло зайти так далеко, лишь ведомое рационализмом и просвещённым знанием. Тьму варварства надлежало отбросить назад, сокрушить и сжечь, дабы озарить путь в будущее. Поклонение богам и распространение идей, способных привести к суеверию с невежеством, были сорняками, которые требовалось срезать мечом. В этом отношении войны армий нарождающегося Империума в равной мере шли в умах и среди плоти с кровью. Именно для первого типа войны – войны за сохранение идеалов Империума – и был создан XVII Легион.

Легионеры XVII Легиона с первых дней выделялись из своих братьев своим толкованием долга космодесантника и мировоззрением. Они сражались с беззаветной преданностью и фанатичным рвением. Их оригинальные рекруты, набранные из сыновей побеждённых врагов, росли со знанием о преступлениях своих отцов и цене императорского прощения. Таким образом, в то время, как другие легионы шли в бой с праведным пылом, XVII Легион сражался с холодной яростью, известной только осуждённым, получившим прощение. Они были суровы и безрадостны, и мало кто из них контактировал с другими легионами, что было обычным делом в те древние дни. Для них в битве не было радости, а в завоевании отсутствовала слава. Важно было лишь исполнить свой долг. Прочие могли признавать и даже уважать своих противников, но XVII-й не видел в упорстве добродетели. Лишь когда враг сломлен и склонился в покаянии, можно допустить, что он заслуживает чего-то иного, нежели гибель.

Другие легионы получали названия позже, но XVII-й был назван Имперскими Глашатаями при основании. Избрание одного из двадцати могло подразумевать некое благоволение, однако на самом деле это название указывало не на особую честь, а на место легиона в замысле Императора. Там, где враги противостояли Императору в силу веры в богов или суеверия Старой Ночи, именно XVII-му выпадало донести ультиматум Императора: отречься или погибнуть. К крепостям демагогов и анклавам культов являлся одинокий воин XVII-го. Закованный в чёрную броню и несущий булаву с орлиными крыльями вестник, чьё лицо скрывалось за череполиким шлемом, говорил об истине, которую предлагает Император, и о тщетности сопротивления. Этих носителей слова и смерти избирали из тех, кто проявлял наивысшую преданность Имперской Истине. Выданную мантию уже никогда не забирали. Увидев такого воина, некоторые сдавались и отрекались от ложных верований. Другие же отвечали отказом. Многие вестники гибли от рук непокорных врагов, они сражали многие сотни людей, прежде чем те их повергали. Однако вслед за облачённым в чёрное вестником всегда приходили серые воители, несущие пламя и гром перемен.

Имперские Глашатаи воевали прямолинейно и функционально. Прочие легионы сражались соответственно собственной природе, но для XVII-го война была лишь инструментом. Подлинная война в их понимании существовала задолго до первой выпущенной пули и тянулась еще долго после падения последней капли крови. Они сражались в сфере веры, ведя войну, в которой единственным подлинным оружием являлась истина. Завершив завоевание, Имперские Вестники искали труды, где говорилось о силе колдовства, ложных богах и иррациональном. Они опустошали библиотеки, разделяя содержимое на правду и ложь. Идолов и предметы культа повергали и вытаскивали из храмов и святилищ. Тех, кто хранил яд ложной веры, тащили на костры из груд книг и резных статуй. Всё сгорало вместе. Тем же, кого освободили от оков невежества, предоставлялся выбор: принять Имперскую Истину или также оказаться на костре. И, наконец, обрушивали и обращали в пыль огромные здания, бывшие прибежищем обмана прошлого. Лишь тогда большинство воинов отбывало, оставив спасённых жителей вести вновь озаренную жизнь. Такую схему легион повторял по всей Древней Терре, заслужив себе второе название. Мало кто именовал XVII-й Имперскими Глашатаями. Для братских легионов и граждан новорожденного Империума они были Иконоборцами.

Появление Лоргара Править

Примарх оказался на планете Колхида, одном из первых миров, заселённых человечеством при освоении звёздного пространства. Его континенты были усеяны странными, рассыпающимися сооружениями и ни одно исследование так и не смогло объяснить их назначения. Изыскания времён Великого крестового похода полагают, что первые поселения возникли здесь в 16-м тысячелетии, но, возможно, это было и раньше. Имперские историки и учёные уверяют, что Колхида был некогда очень развит технологически, но погрузился в анархию во времена Эры Раздора, а население регрессировало до уровня феодального общества.

Некоторые записи говорят о том, что общество было поднято из пепла Эры Раздора усилиями Лоргара, но это сокрыто в глубочайших тайниках Священной Библиотеки на Терре. Различные фрагменты этих записей встречаются в "Отражении Истории", нравоучительном историческом описании Великого Крестового похода, составленном историком Карпином. В своём описании Колхиды Карпин говорит о касте жрецов, имевших самоназвание Завет, которые пытались воссоединить раздробленное общество, основываясь на вере в великого лидера, чьё явление избавит мир от тьмы, в которой он находился. Обладающая суровым религиозным ритуалом, основная догма Завета стала гигантской единой церковной структурой, регулирующей каждую сторону ежедневной жизни на Колхиде. О прибытии Лоргара Карпин повествует как о яркой комете, обрушившейся на наиболее крупный храм Завета, принёсшей в себе юного примарха, в то время как Лоргар делает косвенные ссылки на своё "странствие" к Колхиде. Другая версия говорит о странном, златокожем ребёнке на пороге крупнейшего храма Завета, просящем наставить его в его пути. Ребёнок был принят в храм, получил имя Лоргар, и, влившись в общество в его стенах, стал быстро продвигаться в овладении множественными догмами и законами веры, проповедуемыми Заветом. Правда об этих событиях, как бы там ни было, никогда не будет известна, так как свет на это могут пролить только проклятые тексты, содержащиеся в Книге Злобы (Liber Malum), чьи трижды проклятые страницы никогда не должны снова быть открыты.

Однако шло время, Лоргар стал набожным членом Завета, неся пламенные слова веры в самые удалённые уголки планеты, где сила его ораторства и его харизма стяжали ему сторонников. Он поразительно быстро возвысился в иерархии, пользуясь любовью народа Колхиды, что привело к появлению у него врагов среди Завета, ревниво завидовавших его популярности и сомневающихся в его силе. "Отражение Истории" пересказывает историю, поведанную Лоргаром Конраду Кёрзу, примарху Повелителей Ночи, во время торжеств в честь победы на Борайнте, ознаменовавшей поражение Архи-Еретика Дулорта. Лоргар говорил о странных снах и видениях, посещавших его в ранние годы. В них он видел могучего воина в сверкающей броне, бронзовом шлеме и с сияющим мечом. Гигант в синих одеждах, с единственным немигающим глазом, стоя позади него, говорил, что его повелитель придёт на Колхиду и что Лоргар должен быть готов к этому. Лоргар предположил, что этот могучий воин и есть тот божественный лидер, приход которого проповедовался Заветом, и, уговорённый своим наставником Кор Фаэроном, начал распространять слово о том, что явление бога уже близко. Народ толпами стекался послушать его, его сторонники следовали за ним везде, где он проповедовал. Это привело к тому, что его враги среди Завета решили больше особо не ждать, и провозгласили его еретиком, убоявшись сложившейся ситуации и его силы.

Сторонники Лоргара окружили его плотными кольцами, сражаясь и убивая солдат Завета, приходящими арестовать его. Сам Лоргар бился с силой и страстью за своё дело, и каждый раз, когда воины Завета являлись к нему, он сражал их. Его враги серьёзно недооценили глубину веры в его слова, и Завет разделился на две фракции, каждая из которых упорно стояла на своих позициях и была уверена в том, что только она может спасти народ. Разгорелась святая война, охватывавшая всё больше и больше людей, выбиравших стороны по мере того, как битвы становились больше и распространялись по планете. За шесть лет войны по всей Колхиде было совершено множество зверств во имя святой праведности. Сторонники Лоргара имели численное превосходство, но они и возглавлялись Примархом, чья сила и мощь были невообразимы. Лоргар провёл много битв, постигая искусство войны с ошеломляющей скоростью. Его вдохновлённые слова поднимали армии на недостижимые высоты мужества и набожности, поддерживая их обещанием прихода спасителя, и жрецы Завета ничего не могли противопоставить этому. В конце концов, Лоргар привёл своих людей к победе, взяв штурмом храм, где сам обучался, убив всех, кто там находился. Вместе с окончанием войны люди ждали явления обещанного Лоргаром спасителя и меньше чем через год после последней битвы мощное небесное судно опустилось в храм во всполохах огня. Апокрифа Скароса гласит, что Император и Магнус Красный высадились на Колхиде с двумя взводами космических десантников Тысячи Сынов, чтобы встретиться с могучим военным лидером. Лоргар пал на колено перед Императором, узнав в нём воина из своих видений, и принёс ему клятву в вечной вассальной верности.

«Юноша с золотой кожей опускается на одно колено, серебристые слезы блестят на его безупречном лице, как капли елея. — Я знал, что ты придешь, — шепчет он, — я знал, что ты придешь. Бог-в-Золоте протягивает закованную в доспех руку коленопреклоненному юноше. — Я — Император, — говорит он с улыбкой, само воплощение милосердия, в сиянии славы, разливающейся вокруг него осязаемой аурой и ослепляющей каждого смотрящего. Тысячи людей столпились на улицах. Сотни жрецов в серых одеяниях экклезиархов Завета стоят на коленях рядом с Лоргаром перед Богом-Императором. — Я знаю, кто ты, — говорит золотой примарх сквозь величественные слезы. — Я мечтал о тебе годами, предвидя этот миг. Отец, Император, мой повелитель… Мы — Завет Колхиды и мы покорили этот мир, поклоняясь тебе, во имя тебя.»
– Аарон Дембски-Боуден "Первый Еретик. Падение в Хаос"

Под руководством Лоргара каждая частица религиозной структуры Завета была перепосвящена культу Императора, и население Колхиды возликовало, объединённое своим новым и чудесным богом.

Тщательно продуманные празднества и религиозные выражения преданности продолжались много месяцев, и подробное рассмотрение некоторых описаний некоторых наиболее ярких событий в "Отражении Истории" дают понять, что задержки в продвижении Великого крестового похода были вызваны длительной демонстрацией вассальной преданности Лоргара Императору, желавшему покорить галактику настолько мягкими методами, насколько это будет возможно. В завершении торжеств Император предложил Лоргару командование Несущими Слово и приказал ему отобрать собственную преторианскую гвардию из наиболее храбрых и отличившихся воинов. Лоргар принял оказанную ему честь и объявил, что покидает Колхиду, дабы занять место подле Императора. Он назначил нескольких наиболее праведных своих последователей управлять его народом во время своего отсутствия, облачился в свои доспехи и отбыл вместе с Императором и Магнусом.

Император как БогПравить

«Вера, облечена ли она в форму примитивной религии или же просвещенной истины, является душой всякой армии. Она делает даже последнего из солдат могучим, труса - достойным, ее утешение позволяет вынести любые трудности. Вера делает благородными все занятия солдата, сколь бы низкими и мерзкими они ни были, и привносит в них золотую искру божественной цели.»
– Лоргар Аврелиан, примарх Несущих Слово

Вера в божественность Императора не была чем-то новым. Со времен первых завоеваний находились те, кто шептался, будто он не из мира смертных. Многие из покорённых врагов были среди первых, объявлявших его богом. Столкнувшись с его мощью и уничтожением всего, что им было известно, они наделяли его древними именами – для них это был единственный способ дать разумное объяснение произошедшему. Некоторые называли его ангелом, другие – демоном, прочие же ставили его ещё выше. Они звали его богом, вознося ему молитвы во время ночных дозоров и при свете затерянных солнц.

Несомненно, Лоргар верил в божественность Императора и вполне вероятно, что он придерживался этой веры до встречи с объектом своего преклонения и сохранил её, даже став повелителем легиона, которому было поручено искоренение идолопоклонства и суеверия. В первые годы он скрывал свои взгляды, никогда не высказывая их открыто, однако и не отрекаясь от них. Во всех записях его изречений того времени присутствуют непрестанные похвалы замыслу Императора и курсу, который тот наметил для человечества, однако нет ни единого слова, которое бы осуждало именно веру в божественность Императора. Лоргар безмерно порицал поклонение идолам, мистические практики и ложность бесчестных богов, но по поводу природы своего повелителя и отца хранил молчание.

Представляется вероятным, что Лоргар разделил свои убеждения с другими, обсуждая и взращивая их веру вместе со своей. Учитывая последующие события, можно с лёгкостью сказать, что главными из его доверенных лиц были Эреб и Кор Фаэрон и, возможно, так оно и было. Впрочем, скорее всего, прочие в той же мере сыграли свою роль. Похоже, что генетический предок обратил Халик-гара, Верховного Вестника Легиона и его командующего до возвращения Лоргара, а также столь пылких иконоборцев, как Маэдро Вессара и Устуна Чо. Через них и других Лоргар начал изменять дух своего легиона.

Возвращение Лоргара к XVII-му внешне не изменило натуру легиона. Они сражались так же, однако внутри возвращение генетического отца преобразило Имперских Вестников куда более глубоким образом. Прежнего верного служения, преданности идеалу и победы уже было недостаточно. Причина сражения, то пламя, которое шаг за шагом ведёт по пути истины – вот что стало всем.

Если победа была очевидна – а кто мог в этом усомниться, когда звёзды и системы сотнями падали перед крестовым походом Императора – то подлинная победа измерялась не смертью и кровью, а тем, что несёт в себе воин. Наивысшее значение имело то, во что он верит и какой след оставляет для человечества. Чувство повышенного рвения распространилось по XVII-му, словно пламя, как будто одно лишь присутствие Лоргара поднимало его сынов выше к свету.

Одним из ощутимых изменений, сопровождавших возвращение примарха Лоргара, стало увеличение важности церемоний. Закованные в чёрное череполикие вестники прежнего легиона получили новые полномочия: следить за твёрдостью духа братьев-легионеров. Новоявленные капелланы должны были стать средоточием силы Легиона, словом и делом являя путь истины не только покорённым, но и держащим меч. Когда сжигали город или убивали людей, это делалось с обрядовой торжественностью. Капеллан ритуальными фразами возвещал о смерти врагов, развеивая над склонёнными головами воинов пепел мёртвых непокорных миров. В лексиконе XVII Легиона стали появляться новые слова и обороты, имевшие привкус пыли и благовоний Колхиды: апостол, атам, вероучение. Некоторые даже начали именовать опасные и отклоняющиеся образы мыслей словом, которое само исходило из тени забытой веры. Они называли подобное ересью.

Перемена заняла несколько десятилетий. XVII Легион был крупным даже до воссоединения с примархом, и Лоргару хватило ума не пытаться осуществить подобный замысел в один этап. Золотой примарх гениально обращался к сердцам людей, и его кампании за эти сердца были столь же изящны и обстоятельны, как то, что Фулгрим и Жиллиман делали на поле боя. Вера постепенно распространялась от брата к брату. Капелланы, новый авангард веры, понемногу меняли советы, которые давали братьям. Помимо прежней военной иерархии возникали новые организационные структуры – братства, которые, казалось, имели много общего с другими Легионами, но на самом деле служили распространению веры в рядах XVII-го. Отголоски этого грандиозного, но медленного обращения можно заметить в тех шагах, посредством которых Лоргар впоследствии совратит половину Легионов и втянет Империум во мрак, из которого некогда стремился их вывести.

Может показаться странным, что воины, ранее сражавшиеся во имя свержения богов, приняли такие же верования, однако тут не учитывается основная природа фанатиков. Внутри себя они нуждаются в основе, вокруг которой можно строить свой мир. Суть этого дела может меняться, пока их наполняет жар его пламени. Сердца XVII Легиона попали под власть религии, поскольку части из них всегда этого хотелось, а часть желала больше веры, чем рациональности.

Вторым фактором, позволившим Лоргару обратить свой Легион в веру о божественности Императора, являлась суть самого Великого крестового похода. Легионы сражались на бессчётных фронтах, несли потери и набирали новых рекрутов. При таком отборе ветераны перемешивались с новобранцами, и кровь иконоборцев из Имперских Вестников разбавлялась кровью с Колхиды, а затем и с десятков миров, расположенных на кровавой границе завоеваний. Среди сынов были те, кто никогда не видел света Солнца и не знал, каким был Легион раньше. Они принимали то, чему их учили, поскольку это была единственная предлагаемая истина. В случае же с уроженцами Колхиды вера в божественное укоренялась в каждой мысли с рождения.

Когда всё было сделано, когда последний из Имперских Вестников принял истину, а последний из старых иконоборцев погиб, Лоргар закрепил свою победу последним ритуальным росчерком. Имперским Вестникам предстояло стать Несущими Слово. Для всего остального Империума, ещё не знающего о перемене в XVII-м, это название отражало их роль в донесении Имперской Истины до всего человечества. Для Лоргара же это было подтверждением его предназначения: дать человечеству веру в бога, который стоит на его вершине.

Великий крестовый поход Править

675px-LorgarPortrait

Лоргар (портрет времён Великого крестового похода)

Тайная вера может быть искренней, однако в конечном итоге она не в состоянии удовлетворить одержимую душу. Великий крестовый поход достиг своего зенита, и перед Лоргаром предстали миры, которые привёл к согласию его Легион: сломленные миры, жившие под ярмом чужаков, ведьм и веры в ложных богов. Миры, у которых теперь осталось лишь слабое утешение в виде единства со вселенной, где, похоже, не было ничего более великого, чем та истина, которая на их глазах разлетелась пеплом на ветру. Как мог он знать правду и лишать её эти миры? По крайней мере, такова наиболее вероятная причина, по которой он заменил в своем крестовом походе рациональность верой.

Когда планеты и системы падали перед Несущими Слово, их приводили к вере в божественность Императора. Завоевания прочих Легионов напоминали кровавые следы среди звёзд, но Несущие Слово задерживались. Капелланы и вассальные проповедники ходили среди покорённых, рассказывая о боге, который теперь правил теми. В угли старых городов погружались фундаменты новых. Восстановленные миры росли и процветали. Их обитатели были предельно верны Империуму и Императору. Они пребывали в согласии, но были одиноки в лишённом святости государстве. Они не понимали этого, однако их набожность была обречена с того самого мига, когда Несущие Слово принесли её им.

Всё началось со слухов. Среди сил, сражавшихся бок о бок с Несущими Слово, пошли перешёптывания. Стали поговаривать о ритуальных практиках XVII-го, о пыле их фанатизма и преданности делу Великого крестового похода. Некоторые даже начали гадать, не поддались ли былые Иконоборцы тем же порядкам, которые раньше преследовали. Слухи множились, однако если они и дошли до высших кругов Империума, то не вызвали никаких действий. Великий крестовый поход растянулся по всей галактике. Бесчисленные флотилии и армии численностью в сотни тысяч человек действовали, разделённые громадными расстояниями и связанные лишь тонкими путями варп-путешествий и астротелепатии. Колоссальный масштаб и динамизм подобного начинания приводил к дефициту абсолютного знания. Нехватка времени и средств у Императора и Военного Совета вынуждала только верить, что предводители крестового похода поступают так, как того желал бы Император. Слухов, молвы и неприязненных подозрений было недостаточно, чтобы поставить под сомнение мотивацию одного из Легионов.

В конечном итоге, заблуждения Несущих Слово стали явными не из-за разговоров о вере, а вследствие подсчёта завоеваний. Чтобы покорять миры, требовались время и ресурсы, однако чтобы вновь их отстраивать и приводить к вере в божественность Императора, требовалось гораздо больше. С годами скорость завоеваний Несущих Слово упала до ползанья. Пока остальные приводили к согласию десятки планет, Несущие Слово занимали всего горстку. В конце концов, несоответствие стало слишком сильным, чтобы оставлять его без внимания. Военная бюрократия, разросшаяся вокруг Военного Совета, направила экспедиции к скоплению миров, покорённых Несущими Слово. Не было ли там какого-либо фактора, который создал Несущим Слово больше трудностей, чем прочим Легионам? Посланники и экспедиции обнаружили ответ.

Легион замедлялся не из-за сопротивления, а потому, что задерживался после завоеваний. На то, чтобы заново создать на планете веру, уходило время, как уходило оно и на отстройку городов и возведение храмов, с помощью которых можно было поддерживать веру. И та вера, которую дарили завоёванным планетам, была верой в то, что Император – бог.

ПорицаниеПравить

Когда правда открылась, порицание Несущих Слово Императором стало вопросом времени. О причинно-следственных связях присутствует мало записей, но похоже, что Император выжидал некоторое время после того, как первые сообщения достигли его двора. Известно, что он отправлял посольства для проверки многих других миров из числа покорённых Несущими Слово. Можно лишь гадать о причинах этого. Возможно, он не хотел верить подобному относительно собственного сына. Возможно, хотел убедиться наверняка. Возможно, просто собирал информацию перед тем, как действовать. Некоторые источники указывают, что Император встречался с Лоргаром в этот период и даже говорил тому, что его религиозное упорствование повлечёт за собой последствия. Сейчас нам неизвестно, правда ли это. Слишком многое забылось, и еще больше существует того, о чём никогда нельзя вспоминать. Что мы действительно знаем – в конце концов Император перешёл к действиям.

Император оторвался от дел и призвал к себе другого сына. Робаут Жиллиман, примарх XIII Легиона, был известен заботливым лидерством и несгибаемой честностью. Более никто не видел, что произошло между этими двоими, а лорд Жиллиман по сей день отказывается говорить об этом, но, вероятно, мы можем предположить, почему Император избрал Ультрамаринов инструментом наказания. Представляется очевидным, что Император желал не сломить Лоргара и его сынов, а лишь наставить их на путь истинный. XIII Легион обладал образцовым списком побед и приведённых к согласию миров. Уже тогда Ультрамар был растущим царством из сотен послушных и процветающих систем. Ультрамарины активно расширяли границы Империума по всей галактике, думая о том, что будет после войны. Они были копией и тенью Несущих Слово: похожими в столь многих отношениях и иными во множестве прочих – живой пример того, кем могли бы стать Несущие Слово. Возможно, выбор Ультрамаринов содержал в себе послание: после неизбежного позора есть надежда. Впрочем, какие бы тонкости ни содержало в себе порицающее послание, оно должно было быть донесено в такой форме, которая бы не оставляла сомнений относительно его смысла.

На планете Хур Ультрамарины превратили город Монархию в пепел. Несущие Слово привели Хур к согласию, и Монархия, Совершенный Город, была украшением этого согласия. Жители Хура вскричали о гибели своего города, и Несущие Слово прибыли. Там, в пепле города, который воплощал всё, во что верили и что сделали Несущие Слово, они преклонили колени перед своим Императором. Он не был богом и не собирался терпеть подобной веры в своём царстве. Император отбыл, наказав примарха и посрамив его Легион. Можно сказать, что в тот момент мы можем наблюдать зарождение всего, что произошло затем.

«Пока Несущие Слово старались подняться на ноги, Лоргар, в конце концов, рухнул на колени. Золотой сын Императора смотрел на разрушенный город, словно не узнавая его и недоумевая, как же он оказался здесь. Мертвые глаза, слишком холодные для слез, взирали на его опозоренный Легион и глыбу того урока, который они все должны были усвоить. Аргел Тал оказался возле него первым. Инстинкт понудил его снять шлем и он расстегнул фиксаторы на латном воротнике, открывая свое лицо примарху. — Аврелиан, — промолвил он. Впервые Аргел Тал вдохнул воздух Монархии, не пользуясь спасительными фильтрами. Он смердел маслом, горевшим на заводах тысячу лет. Прошлое замечание Ксафена было безжалостно в своей правоте: пахло проигранной войной. Он не осмеливался коснуться Лоргара. Вытянув руку, немного не дотягиваясь до плеча своего примарха, он прошептал имя отца. Лоргар повернулся и уставился на него. В его глазах не было ни тени узнавания. — Аврелиан, — повторил Аргел Тал. Он бросил взгляд на следившие за ними фигуры Жиллимана и Кустодес. — Пойдемте, мой примарх, мы должны вернуться на корабли. В первый раз его рука легла на бронированный наплечник Лоргара, где раньше висел священный свиток. Не обращая внимания на прикосновение, Лоргар запрокинул голову и зарычал. Капитан сжал золотой наплечник примарха, стараясь успокоить полубога всеми своими силами. Лоргар кричал громко и долго, куда дольше, чем позволили бы легкие смертного.»
– Аарон Дембски-Боуден "Первый Еретик. Падение в Хаос"

Падение Править

Лоргар был обескуражен. По возвращению на свою боевую баржу, "Верный Закону", примарх отказался говорить о чём-либо со своими лейтенантами и капелланами. Он сбросил свой силовой доспех и облачился в рубище, его золотистая кожа стала пепельной. Он оплакивал слова Императора месяц, а легион Несущих Слово находился в бездействии в глубинах космоса, ожидая команды, любой команды, исходившей бы от их примарха. Повелитель Человечества не собирался игнорировать реакцию Лоргара, и когда он был уже на грани того, чтобы ещё раз сделать Лоргару выговор, пришли сообщения о том, что легион вдруг возобновил участие в кампании. Миры падали перед Несущими Слово как спелые грозди. Штурмы стали быстрыми и разрушительными; теперь Лоргар не требовал от своего легиона производить умиротворение и спасение покоренных, как это было раньше. Разочарованный примарх действовал только мечом, и холокосты на его пути стали бесчисленны. Умиротворённый тем, что он видел как прогресс, Император обратил свой взор на другие проблемы. Чего он не знал, так это того, что уже был предан.

Несущие Слово были первым легионом, полностью совращённым Хаосом, несмотря на то, что Хорус был первым примархом, кого коснулся Хаос, и его Сыны Хоруса были первым легионом, поднявшим открытый мятеж. Когда Император выговорил Лоргару за его демонстрацию преданности, примарх начал высматривать богов, более достойных своего преклонения. В Хаосе Лоргар обнаружил то, что он искал. Боги Хаоса, находящиеся за пределами смертного восприятия, всегда нуждались в подобных вещах и были весьма довольны. Кроме того, они были настолько благосклонны к Лоргару, что его поклонение богам было возведено в ранг культа, безусловно, вторичного по своей природе. Гордыня Лоргара также не позволила ему стать чемпионом какого-то определённого бога, и вместо этого он отдал предпочтение поклонению Хаосу в его мириадах форм. Несущие Слово пришли в Хаос как в культ пантеона бесконечных богов и богинь, тёмных принцев и первичных сил, таящихся в тёмных глубинах Имматериума.

Позднее Лоргар будет говорить, что когда он обратился к Хаосу, с его глаз спала пелена, и он смог увидеть Императора тем, кем он был на самом деле: не его богом во всём, а непочтительным человеком, утратившим понимание того, что человечеству более всего необходимо религиозное доминирование, которое может вызывать только богоподобная личность, подобная ему самому. Полное подчинение Хаосу позволило бы человечеству остановить бессчётные орды чужих, пытающихся наводнить и уничтожить молодой Империум. Более четырех десятилетий XVII Легион носил лживую личину верности и заронял зёрна, которым предстояло в конечном итоге расцвести гражданской войной. Точную суть приготовлений можно только предполагать, однако о многом можно догадаться по характеру Лоргара и последовавшим затем зверствам. Во-первых, скорее всего, возобновленная активность Несущих Слово в Великом крестовом походе служила прикрытием для быстрого увеличения их численности, а также сеяния новой извращённой веры на планетах. Должно быть, в этот же период Легион был очищен от инакомыслящих. Последних старых Иконоборцев, немногочисленных терранцев и тех, кто не принял бы новую веру, тихо предали мечу. Также в это время, по всей видимости, произошло разложение большой части аппарата Империума. Так что, когда Хорус наконец пал, Лоргар уже подготовил почву для войны. Внезапное выступление Хоруса и его легиона против Императора и объявление войны всему имперскому послужило поводом для открытого выступления Несущих Слово на стороне Хаоса. Второй Легион, отделившийся от числа лояльных, сразу же начал сводить счёты с теми, кто вызывал у них острую неприязнь - с Ультрамаринами, легионом Робаута Жиллимана.

Во время Ереси Хоруса Править

WB Legion Tactical Legionary

Космодесантник Несущих Слово (времён Ереси Хоруса)

«Император отказался от всяких притязаний на божественность, но есть и другие боги, старшие боги, боги, которые услышат наши мольбы и вознаградят за службу большим, нежели пустыми обещаниями и ложными грёзами. Во имя их мы совершим отмщение, и Император пожалеет, что растоптал нашу верность среди пепла Монархии.»
– Перехват неизвестной передачи (зона боевых действий на Калте)

Когда Несущие Слово оказались в немилости у Императора, они с ревностью, переполняющей сердца, увидели, как он возвышает Ультрамаринов как своих лучших воинов. Когда началась Ересь, и оковы лояльности были сброшены, Несущие Слово набросились на сынов Ультрамара с нескрываемой яростью. Одной из самых кровавых стала битва произошедшая на мире Калт. Известный своими орбитальными станциями, Калт был типичной планетой сектора Ультрамар. Его жители были богаты и благодушны. Калт был раем на пересечении многих путей, который был потерян.

Первейшие из предателей, Несущие Слово уже глубоко погрязли в бесчестии к моменту своего прибытия в систему Веридии, и на их руках была кровь многих тысяч верных воителей. Легион долго планировал нападение на Калт, тихо накапливая мощь в затененных областях Галактики и добиваясь внимания разрушительных сил. На Калте они обеспечили себе все возможные преимущества, озаботившись каждой мелочью, однако результат этого судьбоносного сражения указывает, что, несмотря на всю их самоуверенность, где-то в Легионе присутствовал изъян.

Word Bearers Variant Heraldry

Когда примарх Лоргар только принял управление XVII Легионом, то внедрил в его рядах собственные организационные и иерархические идеалы. Основанные на мистериях Колхиды, на которых Лоргара воспитывал Кор Фаэрон, эти структуры как правило были непостижимы для тех, кто не являлся частью сложной и мистической иерархии этой древней культуры. Названия и символика орденов, на которые Лоргар первоначально разделил XVII Легион, восходили к созвездиям ночного неба Колхиды. По мере ускорения падения Несущих Слово навстречу предательству и порче, вновь основанные ордена брали себе названия и эмблемы из иных, менее заметных и куда более мрачных источников. Из представленных здесь шести орденов этот принцип хорошо иллюстрирует орден Извивающейся Руны, чьё название относится не к ночному небосводу Колхиды, а к языку тёмных и запретных искусств. Примечания ордены слева на право: Орден Зазубренного Солнца, Орден Тройного Венца, Орден Звезды Правосудия, Орден Костяного Трона, Орден Сломанной Косы, Орден Извивающейся Руны

Несущие Слово на Калте

Прибывшие на Калт Несущие Слово представляли собой существенно изменившуюся армию по сравнению с тем, что было всего несколькими месяцами ранее. Строгая серая символика времен их ранних завоеваний исчезла, сменившись скользкой от крови багряной броней и практически не поддающаяся расшифровке схема обозначений подразделений, которая слабо походила на какой-либо из имперских шаблонов. Под внешними изменениями таилось и разложение, которое затронуло Легион на куда более глубинном уровне и мало что оставившее от прежних Иконоборцев, покинувших Солнечную систему, дабы развить мечту Императора.

По всем ротам, которые высадились на Калт были рассеяны воины Гал Ворбак - несовершенные и дефектные копии существ, сотворенных Лоргаром перед конфликтом в системе Истваана. Эти чудовища прятались буквально на виду, среди по-новому построенных порядков фальшивых орденов на Калте. Они находились прямо перед Ультрамаринами, однако их скрывали изменения в раскраске Легиона.

На самом деле, Лоргар отобрал для отправки на Калт тех воинов, кого считал либо недостаточно преданными новому делу, которому он посвятил Легион, либо просто слишком неуравновешенными или снедаемыми ненавистью для использования в его планах. Несмотря на презрение, которое примарх впоследствии выказывал по отношению как к битве на Калте, так и к ее архитекторам, похоже, что он изначально мало рассчитывал на ее успешность. Неудачливые воины, выбранные для нападения, должны были доказать свою верность смертью, и одна из многочисленных трагедий Калта состоит в том, что они сделали это без сомнений и сожаления.

Чтобы убедить Ультрамаринов и своего брата Жиллимана в том, что на Калт был направлен весь Легион Несущих Слово, приблизительно 50 000 Легионес Астартес из числа направленных на операцию Несущих Слово были реорганизованы в фальшивые ордена. Каждый представлял собой немногим более усиленной роты, однако благодаря хитроумным уловкам Эреба и Кор Фаэрона они были размещены таким образом, который не давал представления об их подлинном размере, из-за чего воители Ультрамара оставались в неведении относительно грозящей им опасности, пока не стало слишком поздно.

Когда Несущие Слово атаковали Ультрамаринов, удар на Калт возглавлял один из величайших Чемпионов Лоргара, Магистр Веры, Кор Фаэрон. Этот могучий чемпион поклялся уничтожить планету, и это ему почти удалось. Со своей личной боевой баржи, теперь носящей название "Ненавидящий Императора", Кор Фаэрон руководил полномасштабным вторжением в систему Калта. Три планеты-сестры Калта были уничтожены, массированные гео-ядерные удары буквально разорвали их на части. Желтое солнце системы было обстреляно смертоносными металлами и веществами, увеличивающими солнечную активность, что вызвало резкое увеличение солнечной радиации. К концу Ереси последние элементы атмосферы Калта выгорели, и он лишился воздушной оболочки, а население с тех пор живет в огромных подземных укрытиях. На поверхности Ультрамарины в сражении остановили Несущих Слово. Изменники превосходили их численно, в вооружении и кровожадности, но это не сломило Ультрамаринов. Как ни выкладывались воины Кора Фаэрона, они не смогли выбить с позиций Ультрамаринов, многие из которых называли Калт своим домом.

Word Bearers Banners

Несущие Слово в больших количествах использовали широкий спектр знамён, икон и флагов на каждом уровне командной структуры Легиона. Изначально восходя к руническим текстам древней Колхиды, знамёна стали нести на себе куда более тревожные и низкие символы, когда открылся весь объём предательства и порчи Легиона. В частности, резко изменилась эмблема пылающей книги, имевшая столь важное значение для Легиона до его посрамления в Монархии. В огне появилось щерящееся лицо демона, наделявшее знак совершенно иным и чрезвычайно зловещим смыслом.

Война на Калте была ужасающей и разрушительной. Древние каноны войны и воинской чести были попраны и попросту отброшены Несущими Слово - ими были пущены в ход все средства убийства и разрушения. Ультрамарины были обескуражены миллионами культистов, которых Несущие Слово использовали в качестве живых щитов, и их едва не тошнило от орд демонов, выпущенных для ошеломляющего удара. Несущие Слово, в свою очередь, не ожидали такой стойкости и сопротивления от своего ненавистного врага. В конце концов, Кор Фаэрон потерпел поражение, когда с Макрагга прибыли подкрепления и выбили Несущих Слово с поверхности Калта. Кор Фаэрон отступил в направлении Мальстрима, вихревого региона галактики, где Имматериум Хаоса просачивается сквозь материю вселенной. Ультрамарины оказались победителями, и их лидер, брат-капитан Вентан, в один прекрасный день поверг Колхиду, символически захватив родной мир легиона, однажды угрожавшего Ультрамару.

Пока Кор Фаэрон и его воины сражались на Калте, Лоргар повёл остальную часть легиона на Терру. Ужасы тех битв находятся вне смертного восприятия и занимают много места в Священной Библиотеке. Лоргар помог сокрушить царство повелителя, которому недавно служил ревностно и фанатично. Достаточно сказать, что Хорус потерпел поражение, и легионы-предатели обратились в бегство. Несущие Слово также отступили в район Ока Ужаса, где и остались, возвращаясь в Империум для разбоя, грабежей и разрушения.

После Ереси Править

С прошествием времени зверства, совершаемые во имя Лоргара, поднимались на все новые высоты, и он был поощрён своими покровителями правом вступить в сообщество демонов. Теперь он действительно стал подобен богу, и крик рождения возвестил всему об этом, разнесшись по звёздным путям эхом из варп-пространства. С демонического мира Сикарус Лоргар следит за своим легионом, руководя мириадами его войн и стычек, дирижируя чудовищным разложением, раздирающим Империум изнутри руками его многочисленных культов и сект. В отличие от большинства других легионов, Несущие Слово остались единым, хотя и свободно организованным, легионом. Каждый из чемпионов Лоргара сочетает в себе качества свирепого командира и жреца Хаоса, называясь Тёмным Апостолом. Каждая из данных им армий, называемая Воинством, приблизительно равна ордену Космического десанта и может быть смертоносной во время рейдов по Империуму.

С двух главных баз, демонического мира Сикарус и мира-фабрики Гхалмек, расположенного в Мальстриме, Несущие Слово ведут свои нечестивые войны веры против Империума. На каждом атакованном ими мире они высеивают семена будущего совращения и всепроникающей сети культов. К счастью для Империума, культы Несущих Слово и Альфа-Легиона конкурируют друг с другом. Несмотря на то, что эти легионы иногда принимают совместное участие в Чёрных Крестовых походах Абаддона, обычно они находятся в состоянии жёсткой вражды и соперничества.

На мирах, которые они захватили, Несущие Слово строят поражающие воображение монументы, посвященные Тёмным богам, и воздвигают огромные соборы, где крики приносимых в жертву во имя Лоргара смешиваются с песнопениями и молитвами. Несущие Слово остались единственным легионом-предателем, соблюдающим каноны веры, хотя и в тёмной форме, и в строгом порядке соблюдают предписанные молитвы и ритуалы, что занимает довольно много времени. Все Несущие Слово обладают весьма обширными познаниями в ритуальном жертвоприношении, оккультных учениях и вероотступнических культах. В битве Несущие Слово яростны, двигаются вперед под ужасающими знамёнами, посвящёнными Хаосу в мириадах его форм, и распевают катехизисы, провозглашая убийство врагов в сражении единственным путем к истинной праведности. Их война против Империума Человечества тотальна и они не успокоятся, пока каждая икона предавшего их Императора не будет растоптана ими.

Родной мирПравить

Daemonworld sepia

Демонический мир Несущих Слово

Колхида была когда-то технологически продвинутым миром, регрессировавшим до феодального уровня во время Эры Раздора. Возвышение Лоргара было для него одновременно благословением и проклятьем. Благословением - потому что это привело планету под сень Империума; проклятьем - потому что это же предопределило её гибель через несколько столетий. Под правлением Лоргара планета начала было процветать, но после прибытия Императора, забравшего с собой Лоргара, она снова покатилась вниз. Когда Ультрамарины начали бои за Колхиду, они обнаружили опустошённый мир с разрушенной индустрией и населением, отдаляющимся от цивилизации. Списав всё это на учение Лоргара, Инквизиция приказала очистить планету и боевая баржа Ультрамаринов, "Октавий", подвергла Колхиду бомбардировке циклонными торпедами. Геологическая структура мира была очень нестабильна, и в результате высокой сейсмической активности планета попросту рассыпалась на части. От Колхиды не осталось ничего, и даже место, где он когда-то существовал, держится в глубокой тайне.

Боевая доктрина Править

Heretics11

Несущие Слово в бою

Несущие Слово в битве следуют словам своих тёмных апостолов с крайней преданностью и верой, а те, в свою очередь, истолковывают волю Лоргара самыми различными способами. Способы одержать победу могут быть найдены во внутренностях особо важных пленников, в особом расположении звезд на небосводе или в положении гадальных костей. Тёмные Апостолы определяют, как будет проходить битва, и воины Воинства повинуются их словам безоговорочно. Накануне битвы Несущие Слово проводят время в ритуальной молитве, распевании богохульных гимнов, подтверждая этим свою непоколебимую веру в мощь Хаоса. Часто такие ритуалы находят отклик, и вместе с Несущими Слово на поле битвы появляются ужасающие демонические существа, заключившие дьявольские пакты с Тёмными Апостолами. Несущие Слово поднимают свои проклятые знамена и идут в бой под распевание катехизисов, с проклятыми иконами и песнями ненависти своим врагам, а устрашающие барабаны в это время выбивают печальный рокот. Неумолимое продвижение Несущих Слово и монотонные песнопения способны сокрушить даже сильнейшую волю. Ночью накануне битвы противник с содроганием слышит эхо исходящих отовсюду громовых раскатов барабанного боя, расшатывающего нервы и способного вселить страх в душу любого смертного. Непоколебимая вера Несущих Слово в то, что они - единственные, кто может спасти галактику, заставляет их бесстрашно идти навстречу гибели и не позволяет им сделать даже шаг назад. Любая победа над ними достаётся ужасающей ценой, а их атаки прекратятся только тогда, когда они будут уничтожены.

Структура подразделений и войсковых соединений во времена Великого крестового похода, Ереси Хоруса и во времена после окончания Ереси Править

В своей первоначальной ипостаси Несущие Слово в значительной мере следовали структуре Легионес Астартес. Воины делились по отделениям, отделения относились к ротам, а роты – к орденам. Функциональная структура по большей степени не менялась с тех пор, когда Легион был Имперскими Вестниками, вплоть до самого открытого предательства на Истваане V. Обретение примарха и приток новобранцев с Колхиды мало повлияли на основную структуру Легиона, а скорее добавили организационных уровней. Второй уровень определялся не составом подразделений на поле боя, а их идеологией.

Несущие Слово использовали все типы отделений, присутствовавших в прочих Легионах, имея тенденцию поддерживать их в большом количестве. Другие Легионы могли довольствоваться или даже предпочитать отряды, состоящие из всего лишь горстки воинов, однако для Несущих Слово было типичным сохранение гораздо большей мощи линейных подразделений. Во всех орденах и ротах были обычным делом отделения по двадцать бойцов, которые, как правило, использовали тактическую конфигурацию. Эти отделения формировали ядро Легиона и основу его военной философии: агрессивное наступление большого количества воинов.

Отделения, в свою очередь, составляли роты численностью обычно по сотне, хотя порой их размер был больше или меньше в зависимости от назначения. У Несущих Слово присутствовала тенденция определять для рот конкретную роль на поле боя, обозначая их как штурмовые роты, роты прорыва, разведывательные роты и т.д. Эти роты зачастую развёртывались вместе, ещё раз демонстрируя любовь Несущих Слово к массовости и сокрушительным ударам.

Роты объединялись в ордена от 500 до 3 000 воинов. У каждого ордена было название и символ, основанные на колхидских созвездиях. Зазубренное Солнце, Костяной Трон, Полумесяц, Плачущая Рука, Скрученная Плеть, Возвышенные Врата, Извивающаяся Руна, Ведьмина Узда, Чаша Ночи – всё это было в Легионе. Подобные крупные формации часто являлись структурными элементами кампаний Несущих Слово. Большинство флотов крестового похода включали по меньшей мере один полный орден, а в наиболее крупных их могло быть несколько.

Несмотря на часто искусное применение методов войны, в них всегда был заметен вкус к символизму. Война была не просто процессом, а посланием, и Несущие Слово зачастую привносили в свои кампании нотки театральности, чтобы ясно донести его. Отголоском этой тенденции выступало некоторое количество уникальных подразделений. К примеру, орден Сломанной Косы состоял из бронированной артиллерии, осадных танков и отделений станковых огнеметов. Их ролью было сравнивать с землёй города и твердыни за одну-единственную атаку, оставляя лишь обгорелый щебень. Также следует отметить Круг Пепла. Они спускались с небес на прыжковых ранцах – сокрушители ложных богов, пепельные ангелы, посланные обращать библиотеки и святилища в угли при помощи огнемётов и фосфекса, когда требовалось поистине бесповоротное разрушение. Круги были прикреплены к орденам, но стояли особняком, и в их ряды могли попасть лишь самые преданные. Многие проходили через них перед повышением до капеллана.

Стоит заметить, что на протяжении своей истории XVII Легион широко использовал связанные долгом вспомогательные подразделения. Во времена, когда Объединительные Войны постепенно перетекали в Великий крестовый поход, XVII Легион часто набирал отряды бойцов-последователей из числа покорённых. Эта практика продолжалась и в ходе Великого крестового похода, и эти соединения часто были в равной мере военной силой и толпой, однако их присутствие во многих кампаниях усиливало способность XVII-го давить врага превосходящими силами.

После Ереси ХорусаПравить

Единственные среди других легионов-предателей, Несущие Слово сохраняют следы своей прежней дисциплины и веры. Эта вера искажена сверх всякого представления, их дисциплина теперь служит тёмным владыкам, но их организация носит отблески их былой славы. Различные военные банды Несущих Слово, называемые Воинствами, рассредоточены по Оку Ужаса и Мальстриму, каждая возглавляемая могучим чемпионом, которого называют Тёмным Апостолом. Эти наводящие ужас воины выполняют роль одновременно капелланов и командиров. Ветераны тысяч лет, проведённых в битвах, эти могучие чемпионы являются квинтэссенцией Воина Хаоса. Эти кровавые убийцы заключили непередаваемую сделку с порождениями варпа, ритуально заменив Крозиус Арканум, бывший некогда символом их службы, его проклятой формой, содержащей внутри себя демоническое существо. Они являются характерным примером того, во что могут превратиться падшие чемпионы Императора.

Каждое Воинство различно по своим размерам - оно может быть эквивалентно боевой роте Космического десанта, а может приближаться по численности к полному ордену, хотя такие формирования встречаются редко. Организационная структура Воинств также различна и целиком зависит от предпочтений Тёмного Апостола, который возглавляет его. Часто они могут внезапно изменить структуру организации по причинам, понятным им одним. Причина этих изменений скрывается в попытках переиграть имперских тактиков, что приводит иногда к появлению неуклюжих и тактически негибких формирований, не отвечающих боевой обстановке. Наиболее часто наблюдаемая организация Воинства примерно соответствует организации роты Космического Десанта, с подразделениями численностью около двенадцати воинов. Каждое подразделение возглавляется чемпионом Несущих Слово, стремящимся стать военным лидером, подобным Тёмному Апостолу, в надежде быть избранным наследовать ему в случае его гибели.

Численность легиона к моменту Резни в Зоне ВысадкиПравить

К моменту Резни в Зоне Высадки на Истваане V считалось, что численность Несущих Слово составляет приблизительно 140 000 воинов. Теперь ясно, что эта цифра была ложной. Четырьмя десятилетиями ранее, когда Легион получил выговор на Хуре, его численность составляла около 100 000. Было очевидно, что они заметно повысили набор, однако, увеличив свою численность на 40 000, Несущие Слово далее набрали гораздо больше мощи. Массовый набор со всех покорённых миров, а также использование быстрой имплантации геносемени и гипноиндоктринации означали, что по количеству они, по некоторым данным, могли поспорить с Ультрамаринами. Размах их действий на первых этапах войны и понесённые потери явно указывают, что мало кто мог приблизиться к ним по размерам.

Помимо прироста численности Несущих Слово, выдающихся размеров достигло количество вассальных группировок и полудиких фанатиков, сопровождавших Легион. По оценкам одного из выживших, на этапе истребления во время Резни в Зоне Высадки на Истваане V анклаву лоялистов Нурину противостояла пятидесятитысячная орда. То, что после потери таких сил в последующие годы на мир за миром обрушивались всё новые, демонстрирует, что за спинами самих Несущих Слово стояли миллионы жаждущих умереть по их приказу.

Принимая во внимание действия т.н. кораблей типа «Бездна» в дальнейших кампаниях, также очевидно, что Лоргар повысил мощь флота Легиона до уровня, превосходящего Имперских Кулаков, которые в то время считались владельцами крупнейшего флота среди Легионов. Подобное усиление вкупе с изяществом, с которым оно скрывалось, указывает, что Лоргар выступил на войну готовым к грядущей резне.

Командная иерархия легионаПравить

Лоргар был для своего Легиона как командующим, так и духовным отцом. Иерархия власти внутри Легиона отражала его двойственную сущность, разделённую на военное и духовное, на разум и сердце. С одной стороны, Легион следовал простым и ясным цепочкам управления. Каждый орден возглавлялся магистром ордена, рота – капитаном, а отделение – сержантом. У магистров орденов было обычной практикой назначать одного из капитанов «младшим командующим», чтобы тот выступал в качестве заместителя. Вторая же цепочка управления в ордене являлась духовной. Хотя капелланы были номинально прикреплены к ротам и орденам, на самом деле они составляли отдельное братство. Каждый из них был воином, однако их заботило не прямое командование, а сила духа братьев, ясность их целей и чистота действий. Каждый из капелланов занимал своё место в иерархии по возрастанию знаний и уважения. Руководящим кругом среди них выступали верховные капелланы, а во главе тех стоял Первый капеллан.

Две цепочки управления Несущих Слово зачастую пересекались и смешивались. Несмотря на теоретическую независимость, ни один капитан нижнего уровня не стал бы оспаривать власть старшего капеллана. Поскольку причина сражения была столь же важна для Несущих Слово, как сама победа, решения касательно хода битвы или войны часто принимались капелланами, а осуществлялись командующими. Такое же размывание границ и смешивание присутствовало в ближнем круге Лоргара. В эту группу входил правящий совет Легиона, состоящий как из командующих, так и из капелланов. Даже в этой небольшой группе у двоих было больше могущества и власти, чем у прочих. Имена Кор Фаэрона и Эреба ныне отягощены бесчестьем, и можно лишь гадать, изменилась ли бы судьба Империума, не будь эти двое наиболее доверенными советниками Лоргара.

ВерованияПравить

Укоренившиеся в вере в Лоргара, Несущие Слово являются глашатаями новой эры религиозного обряда. Только объединённые учением одного бога и соблюдая установленные им каноны поклонения, массы людей могут быть спасены от угрозы чужих и внутренней схизмы. Только одна сила в галактике способна решить такую задачу и эта сила - тёмное могущество Хаоса. Каждый воин Несущих Слово является миссионером, несущим с собой тьму Хаоса, проповедуя истинную веру тем, кто хочет его слушать и, уничтожая тех, кто отказывается от этого. Их вера проста: стань на путь Хаоса или умри!

Геносемя Править

Геносемя Несущих Слово изначально было чистым, но события, последовавшие за Ересью, привели к ослаблению некоторых позиций в их генетической структуре. Космические десантники Несущих Слово имели тенденцию к настойчивости, безотчётной вере и стойкости, граничащей с безумием. После Ереси их геносемя было сильно искажено, а некоторые негативные черты возросли до ужасающих пропорций. Несущие Слово не показали обычной тенденции к мутациям, хотя среди них есть личности, отмеченные подобным даром Хаоса - они весьма почитаются среди своего Воинства.

Боевой клич Править

Несущие Слово не используют какого-либо определённого боевого клича - они предпочитают маршировать на битву, снова и снова распевая пассажи из своих проклятых книг. Тёмный Апостол воинства выбирает перед битвой отрывок, и каждый воин выкрикивает его в ритм ударов огромных барабанов, которые сами Несущие Слово и тащат в битву, или пускают звук через усилители своих силовых доспехов.

Известные битвы и камапанииПравить

Великий крестовый походПравить

Изменение сущности XVII Легиона оставило свой след в военных хрониках. Постепенное обновление Легиона отслеживается по его боевым отличиям, словно смена очертаний берега после прилива. Нельзя сказать, что история Несущих Слово бесславна – возможно, другие Легионы чаще отличались в бою, однако XVII-й провёл ряд сражений, известия о которых разнеслись по всему растущему Империуму. Эти победы никогда не были простым проявлением мощи или воинского искусства, они демонстрировали превосходство идеалов. На ранних этапах истории Легиона эти идеалы совпадали с идеалами Империума, но впоследствии их испортили ложные верования, а затем омрачило предательство, росшее под маской верности.

Знаменитые корабли Править

  • Фиделитас Лекс - Флагман Лоргара (Уничтожен над Нуцерией)
  • Трисагион - огромный корабль уникального класса, "слишком большой, чтобы существовать".
  • Благословенная Леди - корабль того же класса, что и Трисагион, названный в честь Кирены.
  • Вокс Доминус - громадный линкор типа «Мертвечина», корабль Темного Апостола Нарена. (присвоен Гвардией Смерти)
  • Инфидус Диаболус - Ударный крейсер Несущих Слово.
  • Круциус Маледиктус - Линкор типа «Инферус», флагман Тёмного Апостола Экодаса.

Галерея Править

Легионы Космодесанта
Лояльные Тёмные АнгелыБелые ШрамыКосмические ВолкиИмперские КулакиКровавые АнгелыЖелезные РукиУльтрамариныСаламандрыГвардия Ворона
Предательские Дети ИмператораЖелезные ВоиныПовелители НочиПожиратели МировГвардия СмертиТысяча СыновАльфа-ЛегионСыны ХорусаНесущие Слово